Женщины осенью остались в бангусь. У одной четверо детей, у другой двое. Та, у которой двое детей, — еще молодая. Вечером она шум поднимает: груди вытащит, трясет их, смеется. Другая женщина ее бояться стала — такая она дурная. Однажды вечером сидят, слышат — дверь открывается, в костер кто-то дует. Старшая детей уложила, место, где головки их помещаются, загородила, закрыла.
Кто-то спрашивает: — Детки, можно к вам? Та, что постарше, говорит: — Заходи, заходи! Вошла страшнбя. Младшая поднялась, вышла, сказав: — Я принесу жир, сало. — Спасибо, дочка. Та, что постарше, говорит: — Я тоже принесу. Страшнбя ей говорит: — Ты сиди тихо. Женщина отвернулась, за пазуху детей затолкала, говорит: — Порсу еще принесу. Вышла, посветила себе, след увидела. Кал вместо порсы принесла. Доотэм бам считала, что все ее боятся. Старшая вышла, лыжи надела, ушла. Молодая с салом, жиром идет; крик, шум в бангусь слышится — доотэм бам убила детей и эту женщину. Кишки развесила на шестах там, где сидела. Головы детей на концы очажных палок поместила, а ее голову — в середину кострища. Старшая к охотившимся людям пришла, все рассказала. Муж молодой женщины пошел в бангусь, только головы увидел. Пошел искать доотэм бам. Ищет, только слышит ее крик: — Ху-ху! Ночью сама пришла к нему, разговор с ним затевает; до утра проговорили. Утром он стал клей варить, говорит: — Лыжу сломал, помоги починить! Она сидит, все бормочет: — Мамалла, мамалла! Взяла она хиттын, стала клей разогревать. Он велел поближе к огню воронку поставить. Она не ставит. В третий раз просит воронку поближе к огню поставить. — Я боюсь огня, как подойду! Она нагнулась, он отказом ее поддел и в огонь толкнул. От нее все мошки, комары пошли. Она заревела. Он говорит: — За жену свою наказываю. Так от нее вся пакость пошла. До этого земля чистой была.
Жили когда-то маленькие брат и сестра, у которых не было ни отца ни матери. Мальчика звали Полэн, а девочку Полина. Они никогда не разлучались и очень дружили. Всем, что у него было, Полэн всегда делился с Полиной, и Полина тоже всем, что у нее было, делилась с братом. Жили они совсем одни, и так и выросли вдвоем в доме, который оставил им отец.
- Жил на свете один очень ленивый юноша. Целыми днями слонялся он с места на место, и ничто не нравилось ему, ни в чем не мог он найти удовольствия. Что же такое удовольствие? – подумал он однажды и решил пойти поискать его. Он вышел из дому и через некоторое время оказался у подножия высокой горы, преградившей ему путь. Тут он увидел старого крестьянина, копавшего землю.
- Жил в далекой-далекой деревушке бедный юноша. Его звали Манолис. Родители у него умерли, все, что осталось ему в наследство - это старая скрипка, она-то и утешала в дни невзгод его и таких же бедняков, каким был Манолис. Вот и любили Манолиса и его скрипку в округе все.
- Жила в горах девушка. Из самых бедных была, а зазнавалась - дальше некуда. В Гаване у нее была родственница. И вот однажды эта родственница прислала за ней. Собралась наша гордячка в дорогу. В Гавану поехала. Вскоре вернулась она обратно в свою деревню, наряженная по моде, завитая - не узнать ее. А нос стала задирать пуще прежнего.
- Жил некогда во Флоренции молодой дворянин, по имени Гуалтьеро. Был он здоров, красив и не беден, так что, как говорится, друзья за него не тревожились, а враги ему завидовали. Однако, если бы Гуалтьеро рассказал о себе побольше, друзья опечалились бы, а враги обрадовались. А всё потому, что несчастный Гуалтьеро каждую ночь видел страшные сны. Дошло до того, что он боялся ложиться спать.
Что Вы думаете о Сказке«Две женщины на лесном стойбище»? ↓
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи. [ Регистрация | Вход ]