Жил кот, воробей да жихарько третей. Кот да воробей пошли дрова рубить и говорят жихарьку: - Домовничай да смотри: ежели придет Яга-баба да станет считать ложки, ты ничего не говори, молчи! - Ладно, — ответил жихарь. Кот да воробей ушли, а жихарь сел на печь за трубу. Вдруг является Яга-баба, берет ложки и считает: - Это — котова ложка, это — воробьева ложка, третья — жихарькова. Жихарь не мог стерпеть, закричал:
- Не тронь, Яга-баба, мою ложку. Яга-баба схватила жихаря, села в ступу, поехала; едет в ступе, пестом понужат, а помелом следы заметать. Жихарь заревел: - Кот, беги! Воробей, лети! Те услышали, прибежали. Кот начал царапать ягу-бабу, а воробей клевать; отняли жихаря. На другой день стали опять собираться в лес дрова рубить, заказывают жихарю: - Смотри, ежели будет Яга-баба, ничего не говори; мы теперь далеко уйдем. Жихарь только сел за трубу на печь, Яга-баба опять явилась, начала считаеть ложки: - Это — котова ложка, это — воробьева ложка, это — жихарькова. Жихарько не мог утерпеть, заревел: - Не тронь, Яга-баба, мою ложку. Яга-баба схватила жихаря, потащила, а жихарь ревет: - Кот, беги! Воробей, лети! Те услышали, прибежали; кот царапать, воробей клевать ягу-бабу! Отняли жихаря, ушли домой. На третий день собрались в лес дрова рубить, говорят жихарю: - Смотри, ежели придет Яга-баба — молчи; мы теперь далеко уйдем Кот да воробей ушли, а жихарь третей уселся за трубу на печь; вдруг опять Яга-баба берет ложки и считает: - Это — котова ложка, это — воробьева ложка, третья — жихарькова. Жихарь молчит. Яга-баба вдруг опять считает: - Это — котова ложка, это — воробьева, это — жихарькова. Жихарь молчит. Яга-баба в третий раз считает: - Это — котова ложка, это — воробьева ложка, третья — жихарькова. Жихарько не мог стерпеть, закричал: - Не тронь, курва, мою ложку. Яга-баба схватила жихаря, потащила. Жихарь кричит: - Кот, беги! Воробей, лети! Братья его не слышат. Притащила Яга-баба жихаря домой, посадила в голбец, сама затопила печку, говорит большой дочери: - Девка! Я пойду в Русь; ты изжарь к обеду мне жихарька. - Ладно! — та говорит. Печка истопилась, девка велит выходить жихарю. Жихарь вышел. - Ложись на ладку! — говорит опять девка. Жихарь лег, уставил одну ногу в потолок, другу в наволок. Девка говорит: - Не так, не так! Жихарь бает: - А как? Ну-ка поучи. Девка легла в ладку. Жихарь не оробел, схватил ухват, да и пихнул в печь ладку с ягишниной дочерью, сам ушел опять в голбец, сидит — дожидается Ягой-бабы. Вдруг Яга-баба прибежала и говорит: - Покататься было, поваляться было на жихарьковых косточках! А жихарь ей в ответ: - Покатайся, поваляйся на дочерниных косточках! Яга-баба спохватилась, посмотрела: дочь ее изжарена, и заревела: - А, ты, мошенник, постой! Не увернешься! Приказывает середней дочери изжарить жихарька, сама уехала. Середняя дочь истопила печку, велит выходить жихарьку. Жихарь вышел, лег в ладку, одну ногу уставил в потолок, другу в наволок. Девка говорит: - Не так, не так! - А поучи: как? Девка легла в ладку. Жихарь взял да и пихнул ее в печь, сам ушел в голбец, сидит там. Вдруг Яга-баба: - Покататься было, поваляться было на жихарьковых косточках! Он в ответ: - Поваляйся, покатайся на дочерниных косточках! Ягишна взбесилась: - Э, постой, — говорит, — не увернешься! Приказывает молодой дочери изжарить его. Не тут-то было, жихарь и эту изжарил!. Яга-баба пуще рассердилась: - Погоди, — говорит, — у меня не увернешься! Истопила печь, кричит: - Выходи, жихарько! Ложись вот на ладку. Жихарь лег, уставил одну ногу в потолок, другу в наволок, не уходит в чело. Яга-баба говорит: - Не так, не так! А жихарь будто не знает. - Я, — говорит, — не знаю, поучи сама! Яга-баба тотчас поджалась и легла в ладку. Жихарь не оробел, взял да ее и пихнул в печь; сам ступай домой, прибежал, сказывает братьям: - Вот чего я сделал с Ягой-бабой!
- Однажды домашняя мышь где-то повстречалась с лесной мышью. Поздоровались они, познакомились. Домашняя мышь спросила лесную, как она поживает и чем кормится. — У меня всего вдоволь,— ответила лесная мышь,— У нас в лесу пищи сколько хочешь, только собирай! Живу я в дупле. А под корнями я себе вырыла кладовую и храню в ней припасы на зиму.
- Жил-был когда-то не царь-царевич, не король-королевич, не волшебник и не знахарь, а просто пахарь, простой мужичок, по прозвищу Бурачок. А смекалкой превосходил Бурачок всех царей на свете, перехитрить мог любого мудреца. Дошли вести о хитром Бурачке до одного пана. Решил он перехитрить Бурачка.
- Высоко, на вершине неприступной горы, стоял дворец братьев Аергов. Он был построен из костей хищных лесных зверей. Издали дворец трудно было заметить. То и дело он менял цвет: в ненастные дни, когда тучи покрывали вершину горы, он становился сизым, а в ясные, безоблачные дни, принимал голубой цвет неба.
- Приехали двенадцать витязей к хану, хан их за стол усадил; и приглядывается, и выведывает, а никак угадать не может того молодца, что стрелу на семьдесят семь верст бросить сумел. — Ладно, сынок, теперь я за дело возьмусь, все, что надо, выведаю, То ли было, то ль не было, а где и было, неведомо, по-за семьюдесятью семью странами-государствами жил бедняк с тремя сыновьями, а уж бедны они были, как церковная мышь, черствой корке и той радовались, только редко им радоваться доводилось.
- Жил в Ютландии человек по прозвищу Пер-пройдоха. Прозвали его так потому, что во всяком деле норовил он словчить да сплутовать и честных людей в дураках оставить. Вот раз ухитрился он продать свою корову семи мясникам зараз и со всех деньги в задаток получить. Пришли они всей гурьбой за покупкой, а корова-то одна! Кому ее брать?
Что Вы думаете о Сказке«Баба-Яга и жихарь»? ↓
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи. [ Регистрация | Вход ]